Дизайнер смерти  - Диана Соул

Спустя два месяца

Мы поселились на верфи по сбору и ремонту космических кораблей. Не то чтобы здесь было самое безлюдное место, скорее наоборот, но Мика настояла, что первое правило надежного укрытия – это официальная работа.

А на верфи всегда были нужны люди. Нам удалось пристроиться на кухню посудомойками. Днем, когда сотни рабочих были заняты своими делами, мы помогали, чем могли, на кухне, а после загружали огромные горы посуды в посудомоечные автоматы.

Платили гроши, но мы и не за деньги работали – когда нанимались, местный работодатель мастер Пен четко обозначил свою позицию: дает еду и крышу над головой, а если хотим денег, то таким красоткам прямой путь на панель.

Само собой, такой расклад нас не устроил. Да и деньги у нас были.

В первое время мне искренне казалось, что суета вокруг меня стала утихать.

По всем новостным каналам передали, что императорская семья мертва: и Ронан, и я, а вся свита либо заточена в тюрьме, либо казнена за преступления перед народом. А вот про Дизайнера Смерти молчали, про Хэдока словно вообще забыли, и эта неизвестность пугала меня до чертиков.

С экранов восхваляли нового императора – бывшего начальника стражи Ронана и его императрицу – Кимат. Они провозгласили себя освободителями честного люда от гнета узурпатора, однако в эту сказочку никто из простых жителей не верил.

Очень часто мы с Микой подслушивали разговоры обычных работяг, когда те шептались о грядущей революции. Колонии, такие как Инфарекс и другие, хотели независимости, и народ вот-вот был готов начать войну за собственную свободу.

В такие моменты Мика говорила:

– Если начнется заваруха, нужно будет срочно уносить отсюда ноги. Может, даже стоит прикупить собственный корабль. Хотя бы просто шлюпку, чтобы добраться до ближайшей пересадочной станции.

Я кивала и отводила взгляд в сторону, прекрасно понимая, что далеко мы вряд ли улетим. Живот начал расти, я становилась все более неуклюжей, а часть денег стала уходить на осмотры доктора и полноценную пищу для развития ребенка.

Работодатель тоже смотрел на меня косо, но пока молчал, лишь однажды обмолвился Мике: если я перестану работать, в тот же день вылечу. На верфи дармоеды не нужны.

Отдельно радовало, что наемников в черном я больше не видела, хотя иногда они снились мне в кошмарах. Будто я на Сингарде бегу по пристани к кораблю, но срываюсь в воду, тону. Мои легкие разрывает водой, а после звучит голос сверху: «Вскрытие номер шестьдесят пять. Разрез».

Каждый раз после этого я пробуждалась в холодном поту и долго пыталась отдышаться.

Мика тоже просыпалась, а после сидела рядом со мной и задумчиво смотрела в пустую стену.

– Я тоже вижу плохие сны, – однажды призналась она, когда я рассказала ей про свои сны. – Обычно они о том, что меня забирают вместо сестры…

– Это просто страх, теперь тебе точно ничего не грозит. Ронан мертв.

Мика растерянно пожала плечами.

– Головой понимаю, а подсознание все равно считает иначе. Может, и у тебя так же. Ты боишься смерти, и этот страх прорывается наружу.

– А если это страх не за себя, а за другого человека? – спросила я, имея в виду Хэдока, про которого Мика до сих пор не знала. – Вот ты беспокоишься за Дана?

– Да что с ним будет-то, – поджав губы, немного зло бросила девушка. – Поверь, уж он точно живее всех живых!

И я попыталась поверить, так же как и в то, что Дизайнер Смерти тоже жив, просто что-то ему мешает найти меня и забрать.

В тот вечер разговор больше не задался, а Мика ушла спать, делая вид полного равнодушия. Но уже через несколько дней я убедилась, как же сильно она лукавила, заявляя, что не переживает за Дана.

Был вечер, когда мы с Микой после смены шли в общежитие. Мимо нас на транспортной платформе провезли до боли знакомый корабль, похожий на жука, явно на утилизацию.

Сбоку старого судна Дана была прожжена такая дыра, что в нее с легкостью мог бы пройти корабль поменьше.

Едва Мика узнала «жука», она побледнела, а после, ускорив шаг, спешно довела меня до нашей комнатки и исчезла на несколько часов, ничего не говоря.

Девушка вернулась глубоко за полночь, спокойная как удав, чего нельзя было сказать обо мне. В ее ожидании я извелась и сгрызла несколько ногтей.

– Владельцем значился не Дан, а какой-то торговец. Судя по документам, он купил этот корабль в тот же день, когда мы сбежали от нашего контрабандиста. А после торговец сделал несколько рейсов, пока не поймал боком поток метеоритов.

– Сама-то веришь в метеориты? – с прищуром спросила я, на что Мика отрицательно покачала головой.

– Нет. Это явно след от плазменной пушки, боюсь, бедняга-торгаш после него не выжил.

– И ты так спокойно об этом говоришь?

– А что делать? Главное, мы живы, а Дан, скорее всего, купил другой корабль и наверняка продолжает бороздить просторы космоса.

Мика говорила неспешно и даже с легкой улыбкой, но в этот раз я не обманывалась. Что бы ни произошло когда-то между воровкой и контрабандистом, внутри каждого из них все еще продолжали жить чувства.

На следующий день, как и во все дни до этого, мы с Микой вышли на смену. На кухне царила невообразимая жара, а посуды, казалось, было в десять раз больше, чем обычно.

– Все, не могу. Устала. – Протерев лоб от пота, я села на перевернутое вверх дном ведро. – Сил нет, и живот тянет.

Мика с беспокойством отвлеклась от загрузки посуды в автомат.

– Когда ты последний раз была у врача?

– Две недели назад. Ты же знаешь, нам нужно экономить. Деньги не вечные.

Мика отложила партию тарелок в сторону и наставительно отчитала:

– Иди сейчас же. Я подменю тебя.

– А начальство? Разгар смены, если толстяк Пен узнает…

– Его тут сроду не бывало в это время. Езжай к доктору и помни легенду. – Она выжидательно уставилась на меня, чтобы я в тысячный раз заученно повторила:

– Меня зовут Лика. Ты моя сестра, и мы улетели с Эльтурии на заработки, но я была дурочкой и влюбилась в одного проходимца, от которого теперь беременна. Избавиться от ребенка не позволяют принципы и воспитание в традициях родной планеты. От политики далека, на других проектах, кроме Инфарекса, не была.

– Сойдет, – не слишком довольно одобрила Мика и отпустила.

Нужный мне доктор обитал в ближайшем мегаполисе, что был от верфи в часе езды на монорельсе. Укрывшись в просторной одежде и плаще с капюшоном, я с успехом добралась до клиники, в которой наблюдалась, но прежде чем войти в двери, оглянулась по сторонам. Каждый раз я боялась увидеть тут наемников, но ни в этот раз, ни в прошлые их не было.